Василий Николаевич Афанасьев

Василий Николаевич Афанасьев Часто людям, прошедшим большую школу жизни и ставшими героями войны или труда, молодежь задает вопрос: «Каким было Ваше детство, каков Ваш путь к подвигу?» Не раз такой вопрос задавали и Василию Николаевичу Афанасьеву - Герою Советского Союза.

Молодые всегда ждут чего-то необыкновенного, а Василий Николаевич говорит:
- Обыкновенное было детство, обыкновенный путь и к званию Героя. Отец - Николай Абрамович - был рабочим, мать - Ольга Николаевна - домашняя хозяйка. Жили мы на улице Уральской, учился в школе № 21. Учился хорошо, троек не было. Занимался спортом: любил футбол, хоккей, увлекался шахматами. И была у меня мечта - стать летчиком, поэтому будучи еще учеником 9-го класса, я стал курсантом Тамбовского аэроклуба. Почти каждый день я бегал туда заниматься, а окончив его, поступил в Балашовскую военно-авиационную школу пилотов. В июле 1942 года я окончил школу и стал летчиком. Так сбылась моя мечта. Направили меня сначала в запасной авиационный полк, а через два месяца я прибыл в 843-й штурмовой авиационный полк на должность пилота в звании сержанта. Так началась моя фронтовая биография. Было мне тогда девятнадцать лет. Я был вот таким же, как и многие из вас, кстати сказать, всю войну я пробыл в одном полку.

Первые боевые вылеты сержант Афанасьев совершил в период боев на Юго-Западном фронте во время Сталинградской операции. Штурмовал фашистские войска на Среднем Дону и в Донбассе в районах Морозовский, Миллерово, Ворошиловград. За это и был удостоен первой награды - ордена Красной Звезды.

После окончания зимних операций 1942-1943 годов полк, в котором служил Василий Афанасьев, перебазировали в район восточнее Харькова для участия в предстоящих боях на Курской дуге.
Утром 5 июля 1943 года немецко-фашистские войска начали наступление под Белгородом.
На ряде участков фронта в различных местах им удалось фор-сировать реку Северский Донец, захватить небольшие плацдармы и навести переправу для танков. Враг пытался прорвать оборону советских войск в полосе 7-й гвардейской армии, выйти на дорогу Белгород - Короча и соединиться с группировкой, наступавшей вдоль дороги Белгород-Обоянь.

На земле и в воздухе завязались ожесточенные бои. Только за один день, 5 июля, противник произвел свыше 1200 вылетов. Стойко сражались воины 72-й, 73-й, 81-й гвардейских и 213-й стрелковой дивизии 7-й гвардейской армии, прославившихся еще в боях за Сталинград.
Однако в результате беспрерывных атак врага силами до двух пехотных дивизий и до 200 танков ему удалось прорваться из района Нижнего Олышанца на Крутой Лог. В этих местах шли особенно ожесточенные бои. Советские войска стояли насмерть.

С утра 6 июля немцы возобновили атаки при поддержке артиллерии и авиации. В бой было брошено 370 танков. Сотни раз бомбили и штурмовали позиции гвардейцев фашистские самолеты. Под натиском превосходящих сил врага наши части стали отходить на вторую оборонительную полосу: Мелехово - Мясоедово -Совхоз «Батрацкая дача» - Гремячий - Чураево. Незначительный успех стоил врагу 10 тысяч убитых и раненых и около 100 танков - таковы потери гитлеровцев на этом участке только за один день боев. 7 июля противник бросил в бой до 300 танков против правого фланга армии - на Ястребове и Севрюково. Гитлеровцы наносили здесь неимоверные по силе и ярости удары. Все вокруг было разрушено, взорвано, перепахано снарядами. Однако, несмотря на значительное превосходство в живой силе и технике, врагу удалось в этот день продвинуться лишь на пять километров. Все попытки пройти дальше были отбиты нашими гвардейцами, и в этом им все время помогали летчики.

8 моментов самых ожесточенных атак врага, когда он занял Крутой Лог и подходил к Беловской и совхозу «Батрацкая дача», тесня наши войска за реку Корень, советские штурмовики наносили мощные удары по врагу. Василий Афанасьев, ставший к этому времени заместителем командира эскадрильи, со своими ведомыми произвел 82 боевых вылета. Специальными бомбами он уничтожил до пятидесяти танков противника.

13 июля гитлеровцы группой до 200 танков пытались подавить наши войска в районе Соловьев - совхоз «Батрацкая дача» - Николаев. Эту ударную группу прикрывали до 30 «мессершмиттов». Афанасьев со своей эскадрильей вылетел на уничтожение ударной группировки врага будучи ведущим, он с высоты 150 метров обрушил на вражеские танки специальные бомбы. Как потом подтвердили наземные части, двенадцать немецких танков было подожжено, и танковая атака врага сорвана. После выполнения боевого задания советские штурмовики были замечены немецкими истребителями.
- Командир, сзади слева «мессер», - передал воздушный стрелок.
- Вижу.
- Командир, справа второй «мессер». - Афанасьев делает вираж вправо и один «мессер» проскакивает вперед. Огненные трассы проходят мимо штурмовика. Второй «мессер» делает заход справа. Афанасьев «придерживает машину» и стрелок открывает заградительный огонь. Меткие очереди впиваются в тело «мессершмитта». Через несколько секунд такая же участь постигает и другой вражеский истребитель. Сбив в воздушном бою двух «мессеров», Афанасьев привел без потерь свою группу на аэродром.

За бои на Курской дуге отважный штурмовик был награжден орденом Красного Знамени. Когда враг на Курской дуге был разгромлен, штурмовой полк принял участие в освобождении Донбасса. Отступая, гитлеровцы стремились вывезти в Германию награб-ленное имущество. Сотни эшелонов с советским добром скопились на железнодорожных станциях Донбасса. Летчики-штурмовики получили приказ: сорвать попытки врага, не пропустить эшелоны на Запад. 6 сентября Афанасьев повел шестерку «горбатых» (так летчики ласково называли штурмовиков ИЛ-2 на участок дороги Сла-вянск- Барвенково).

Еще издали Афанасьев заметил несколько змеек на земле. Это были железнодорожные составы. «Внимание, делай как я!» - передал Афанасьев ведомым и повел свой самолет в атаку. Летчик видел, как со всех сторон стали появляться черные шапки - разрывы зенитных снарядов. Афанасьев ведет машину сквозь завесу заградогня. Вот и цель. Летчик сбрасывает бомбы на эшелон. И наверное еще не успели разорваться сброшенные бомбы, как мощный удар потряс «Илюшина»: вражеский снаряд попал в машину. Но еще есть бомбы. Афанасьев делает второй заход, и новая серия бомб обрушивается на второй эшелон. Бомбовый удар дополняют пушечные выстрелы. Горят вагоны, разбит паровоз. Афанасьев делает новый разворот и идет на третий заход. Его маневр повторяют ведомые. Новые десятки бомб летят вниз на третий эшелон.

В документе, подводившем итоги проведенных боев, читаем: «После освобождения территории на перегон Славянск -НовоПавловка заактировано три сгоревших состава с разбитыми паровозами по 50-60 вагонов каждый. Данное боевое задание было выполнено при сильном противодействии истребительной авиации и зенитной артиллерий противника». Орден Отечественной войны I степени был наградой отважному летчику за бои при освобождении Донбасса.

Пожар войны откатывался на запад, к Днепру. Враг пытался зацепиться за каждый рубеж, задержать наступление советских войск. Так произошло и во время боев за город Запорожье, где гитлеровцы создали мощный плацдарм, расположив там немало пехотных и танковых частей, не раз срывавших удары наших войск. Уничтожение этого опорного пункта врага затруднялось тем, что он был прикрыт сильным зенитным огнем и истребительной авиацией.
В выполнении поставленной задачи приняли участие и группы штурмовиков во главе с командиром эскадрильи Василием Афанасьевым.

Двадцать семь налетов совершила группа Афанасьева на опорный пункт врага в районе Запорожья и сбросила немало фугасных и противотанковых авиабомб. В результате мощных бомбардировочно-штурмовых ударов немцы были выбиты из опорного пункта, и это во многом облегчило освобождение советскими наземными войсками города Запорожье.

Немало боевых вылетов совершили штурмовики под командованием капитана Афанасьева в период боев при форсировании Вислы и на Сандомирском плацдарме летом 1944 года.
О капитане Афанасьеве, ставшем с сентября 1943 года командиром эскадрильи, а с октября 1944 года - помощником командира полка по воздушно-стрелковой службе, говорили, что он не только может приказать и объяснить, как надо сделать, но и сам может показать, как надо выполнить приказ. И, наверное, именно в этом был секрет быстрого продвижения по службе Василия Афанасьева и его высокий авторитет в полку.

Под его руководством эскадрилья менее чем за два месяца совершила 350 боевых вылетов - командир воспитал немало хороших летчиков. Эскадрилья занимала первое место в полку по всем видам боевой и учебной работы. Став помощником командира полка, капитан Афанасьев успешно обучал летный состав бомбометанию, стрельбе, а воздушных стрелков - стрельбе по воздушным и наземным целям, и сам постоянно водил группы на боевые задания. 17 января 1945 года Афанасьев при прорыве войсками 1-го Украинского фронта - главной полосы оборонительного рубежа на реке Висле - повел десятку ИЛов для удара по скоплению вражеских войск в районе Бзин - Блихин в Польше. Мощным бомбардировочно-штурмовым ударом группа сожгла до 30 автомашин, до 20 повозок с грузами, рассеяла и часть уничтожила до 50 солдат и офицеров противника.

19 марта 1945 года девять ИЛов под командованием Афанасьева совершили мастерский бомбардировочно-штурмовой удар по узлу сопротивления гитлеровцев в г. Глогау. Пять крупных очагов пожара были итогом налета советских штурмовиков на этот опорный пункт врага. На следующий день последовал удар по Грайфенбергу. Вот что рассказывает об этом сам Афанасьев: «В последних числах марта наш полк получил приказ нанести удар по станции Грайфенберг, расположенной в 40-50 километрах от Берлина. Я - ведущий группы из семи «Илюшиных».

Несмотря на плотный огонь зенитных батарей, прикрывающих станцию, мы прорвались к цели. Железнодорожные пути были густо забиты эшелонами с горючим, боеприпасами и живой силой врага. Уже после первого захода станция превратилась в море огня. Взлетели на воздух вагоны с боеприпасами, цистерны с бензином, обезумевшие фашисты метались среди этого ада и попадали под огонь наших пулеметов. Это была суровая месть врагу за его злодеяния. Мы без потерь вернулись на аэродром, а станция горела еще несколько дней».

Автор воспоминаний умолчал о своей роли в этом полете. А вот что пишет об этом командир полка гвардии подполковник Хвоя: «Капитан Афанасьев, мастерски маневрируя в сильном зенитном огне, атаковал железнодорожную станцию Грайфенберг, где находилось до 13 эшелонов с военными грузами и техникой противника. Товарищ Афанасьев прямым попаданием бомб зажег эшелон с боеприпасами и горючим. В результате бомбардировочно-штурмового удара группа подожгла два самолета и уничтожила одну батарею зенитной артиллерии противника, чем подорвала подброску живой силы и техники противника в течение полутора суток. По подтверждению наземного командования, указанная станция горела сутки с сильными взрывами».

Через пять дней после налета на Грайфенберг командование полка представило гвардии капитана Афанасьева к присвоению звания Героя Советского Союза. К этому времени на его счету было сто двенадцать успешных боевых вылетов на штурмовку, из них девяносто шесть раз Афанасьев летал ведущим групп. Своими бомбардировочно-штурмовыми ударами В.Н. Афанасьев лично уничтожил 25 танков, 32 автомашины с военными грузами, 9 орудий полевой артиллерии, 3 самолета (в составе группы), 6 эшелонов с военными грузами, рассеял и уничтожил до трехсот солдат и офицеров противника.

До последнего дня войны сражался отважный штурмовик. «30 апреля мы получили приказ нанести удар по обороне гитлеровцев в непосредственной близости от рейхстага, - вспоминает В. Н. Афанасьев. - Надо было видеть, какой ненавистью к врагу горели глаза моих боевых соратников. Одна за другой уходят в воздух машины Геннадия Терешкина, Василия Ваняшина, Николая Сазонова, Сергея Яковлева. Курс - на рейхстаг! О, как ждали мы этого момента! Несколько минут полета - и вот мы уже видим сигнальные ракеты - обозначение нашего переднего края. Стремительно разворачиваемся и обрушиваем на фашистов весь смертоносный груз, помноженный на нашу жгучую ненависть. Летим на малых высотах, стараясь, чтобы ни одна бомба не прошла мимо цели».

Последний 133-й боевой вылет Василий Николаевич совершил утром 9 мая 1945 года в районе столицы Чехословакии Праги. «Здесь мы разгромили большую колонну немцев, которые от-казались сложить оружие». 27 июня 1945 года ему было присвоено звание Героя Советского Союза. Много лет после войны Василий Николаевич воспитывал мо-лодое поколение авиаторов, а когда пришла пора уволиться из рядов вооруженных сил, Василий Николаевич меньше всего думал об отдыхе и покое. Герой Советского Союза, полковник запаса Афанасьев, нашел свое место в послевоенной жизни: он стал сле-сарем одного из крупных предприятий Воронежа, уважаемым в коллективе человеком, мудрым воспитателем молодежи.

Вот такова биография Василия Николаевича Афанасьева, одного из тех, кто начал свою сознательную жизнь в 30-40 годы. Биография строителей Комсомольска-на-Амуре и Магнитки, челюскинцев и покорителей стратосферы, героев боев в Испании, на Хасане и Халхин-Голе, поколение Великой Отечественной. Мужество, героизм, самоотверженность, беззаветная преданность Родине - вот черты этой обыкновенной биографии. Давно стали достоянием истории события тех лет. Ушел из жизни в 1983 году и Василий Николаевич. Однако и сейчас нам не меньше чем прежде необходимы такие качества, как преданность Родине, верность мечте, смелость, упорный труд и творческий поиск, способность зажечь в людях огонь идейной убежденности. Все это было у поколения, к которому принадлежал Герой Советского Союза Василий Николаевич Афанасьев.

7 мая этого года в ясный день к старинному зданию в селе Покрово-Пригородное, к бывшей школе, в которой учился Василий Николаевич Афанасьев, сельчане пришли на митинг, посвященный годовщине открытия мемориальной доски Герою.

На крутом повороте стоит это светлое здание. На его стене гранитная доска, с которой Афанасьев пристально вглядывается в лица своих земляков и летчиков нового поколения, стоящих в почетном карауле у мемориальной доски, в лица курсантов института связи. Взгляд легендарного летчика спокоен: достойная смена! А на груди Звезда Героя и 18 орденов и медалей за бои в пылающем небе Сталинграда, в битве над Курской дугой. За освобождение Киева, Харькова, Запорожья, при форсировании Днепра, Вислы, Праги, освобождение Польши, за штурм рейхстага. За успешное выполнение боевого задания по уничтожению группировки немецко-фашистских войск на станции Грайфенберг (было уничтожено тридцать эшелонов, станция горела 10 дней с боевой техникой и живой силой) командование полка представило гвардии капитана В.Н. Афанасьева к присвоению звания Героя Советского Союза. К тому времени на его счету было уже 112 боевых вылетов на особо важные задания, из них 96 он летал ведущим. 25 июня 1945 года Василию Николаевичу присвоено звание Героя Советского Союза.

- Афанасьев начал войну сержантом в пылающем небе Сталин-града, - рассказывает о подвиге Героя Советского Союза и его боевом пути командир корабля майор Игорь Лукошин, летчик ави-ационной бригады. - Закончил майором, командиром штурмового полка. Воевал на самолетах-штурмовиках Ил-2, которые немцы называли черной смертью. Два раза тяжело ранен, четырежды был подбит, один раз горел в воздухе. После войны Василий Николаевич одним из первых начал осваивать сверхзвуковые реактивные самолеты. Закончил летать в звании гвардии полковника, будучи командиром истребительного полка.

Славен его боевой путь, велик его подвиг! Человеческие качества Василия Николаевича: доброта, готовность к самопожертвованию, способность думать прежде всего о других, прийти на помощь в самой опасной ситуации, высокое мастерство пилота, способность не только приказывать, а вести за собой и показывать в бою, как надо выполнять приказ, - снискали ему признание, непререкаемость авторитета в полку. Его любили. О нем складывали легенды. Летать с ним на задание было мечтой каждого летчика в полку. Считали за честь попасть в эскадрилью Афанасьева. Легендарный летчик.

6 ноября 1943 года был приказ: вылететь на штурм танковой колонны и разбомбить станцию с эшелонами боевой техники. Уже у самолета стрелок-радист Иван Русских, улыбаясь, обратился к Афанасьеву:
- Поработаем, Василий Николаевич, - его открытые, большие, синие, как небо глаза, светились какой-то мальчишеской удалью. - Сегодня у нас с вами будет юбилей.
- Какой юбилей, Ваня?
- А как же! У нас 89 боевых вылетов уже. Этот будет девяностый.
90 вылетов - и живые! Командир Афанасьев его урезонил:
- Мы с тобой, Ваня, летчики-штурмовики, а в воздухе всякое бывает.

В обязанности ведущего капитана Афанасьева - подавить зенитные средства врага на подходе к цели. А это особо трудное и опасное задание.

- Подлетели к цели, - вспоминал сам Афанасьев, - идем в пике. Земля несется навстречу с бешенной скоростью. Сто пятьдесят метров - и земля. Нажимаю на спуск. Реактивные снаряды и бомбы, шквал пулеметного огня обрушивается на врага. Выравниваю самолет. Над нами должны быть самолеты прикрытия - ястребки. Их нет. «Сзади «мессеры!» - кричит Ваня Русских. Оказывается, пока мы штурмовали цели, одна группа «мессеров» связала боем истребители прикрытия, а вторая обрушилась на нас - из-за облаков неожиданно вынырнула. Я принял бой, чтобы дать возможность эскадрилье выполнить задание. Бой был неравный и жестокий. Мы сбили два «мессера». С третьим пошел на таран, зная, что у немецкого летчика не выдержат нервы, он свернет и я его расстреляю. Но машину вдруг бешено встряхнуло. Она стремительно начала терять высоту и не слушалась. Смолк и пулемет стрелка-радиста. Смотрю - кровь, ранен Ваня, 18-летний красивый паренек, единственный из трех сыновей, оставшихся в живых. Отец погиб под Сталинградом, двое братьев в самом Сталинграде. Последний из оставшихся в живых! Эта мысль пронзила острой болью. Не могу прыгать из разваливающегося самолета. Не могу! Может, Ваня, этот светло-русый мальчишка, еще живой. Из последних сил нажимаю ручку управления, выравниваю машину. С трудом вернул ИЛ навстречу врагу - ударил из пушки. Попал!!! «Мессер» разлетелся на куски. В меня вонзаются сотни раскаленных игл в ноги, в спину. Понял: ранен! Последнее, что выхватывает угасающее сознание, - лента речушки. На той стороне наши. Только бы перетянуть! А там - наши!

Самолет упал на склоне горки обрыва и завис носом над рекой. Извлекаю из кабины Ваню, моего стрелка. Бросаюсь с ним в реку. Все, что запомнил, - это взрыв самолета, и клуб огня увидел. Все! Куда-то проваливаюсь. Очнулся на седьмой день в госпитале и услышал голос Ванюши: «А все-таки, товарищ капитан, у нас с вами юбилей! 90 вылетов - и живы!». Поворачиваю голову - вижу большую забинтованную куклу и улыбающиеся глаза Вани Русских. Значит, будем жить! И не будет фронтового треугольника, распечатанного русской матерью, со страшными строчками: «погиб смертью храбрых в боях за Родину»
С Ваней мы бомбили рейхстаг, праздновали Победу. Встречался я с его матерью. Она все гладила мои руки и шептала: «Я знаю, я все знаю».
Таков был этот прославленный ас, человек с удивительной русской душой.

...К мемориальному знаку ложились цветы, которые принесли земляки. Теплые слова признания звучали в выступлении главы администрации сельского Совета Т. Круцких, когда рассказал о боевом пути Василия Николаевича Афанасьева летчик Игорь Лукошин.
Строки из поэмы тамбовского поэта Е. Начаса «Баллада о летчике Афанасьеве» читали школьники Покровской средней школы:

Тамбовский сокол в небе был отважен.
И в «мессеров» стрелял на вираже,
И ИЛ его ни разу не промажет,
Разя врага на каждом рубеже.
30-03-2014, 11:58
577
Рейтинг:
  
Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь. Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо зайти на сайт под своим именем.